Главная бабушка СССР

04.06.2014 17
Главная бабушка СССР

Главная бабушка СССР6 июня исполняется 110 лет со дня рождения Татьяны Ивановны Пельтцер, cообщает Evrazia FM со ссылкой на portal-kultura.ru.

«Отец — немец, мать — еврейка. А она — великая русская актриса», — сказал Марк Захаров. Татьяна Ивановна гордилась тем, что не имеет профессионального образования. Училась у папы — одного из первых заслуженных артистов республики, держателя антрепризы. Впервые вышла на сцену в девять лет. Говорят, роль Сережи Каренина удалась ей настолько, что чувствительных дам после сцены прощания Анны Карениной с сыном выводили из зала под руки…

Татьяне Ивановне выпала на редкость интересная судьба. Она успела пожить в Берлине и услышать выступление Гитлера в пивной — фюрер ей жутко не понравился. Поработать в торгпредстве и на автомобилестроительном заводе, завоевать приз Венецианского фестиваля — вместе с командой, работавшей над «Приключениями желтого чемоданчика». Трудно поверить, но Пельтцер даже однажды была уволена из театра за профнепригодность…

Признание к актрисе пришло не сразу — когда Татьяне Ивановне было уже под пятьдесят. В Театре Сатиры Борис Равенских задействовал ее в спектакле «Свадьба с приданым» вместе с Верой Васильевой и Виталием Дорониным. В 1953-м постановку экранизировали. После роли тунеядки Лукерьи актрисе еще долго приходили письма от зрителей с советами, как победить алкоголизм. А благодаря комедии «Солдат Иван Бровкин» ее стали называть «матерью русского солдата».

Марселина в «Женитьбе Фигаро», мамаша Кураж, фрекен Бок, элегантная тетя Тони… В «Сатире» Пельтцер прослужила три десятка лет. Обожала Андрея Миронова, которого называла сыном, дружила с Ольгой Аросевой. А после ссоры с Плучеком, в свои 73 года внезапно записалась в «комсомолки» — ушла в «Ленком» к Марку Захарову. На сцену выходила до последнего, играла Берту в «Поминальной молитве», уже не помня текста, — зритель встречал ее неизменной овацией.

Последние годы жизни Татьяны Ивановны были тяжелыми, мучительными, поистине трагическими. Но в минуты просветления она повторяла: «Я — счастливая старуха!» Пересматривая ее работы, наслаждаясь неукротимой энергией, обаянием, озорством, сомневаться в этом не хочется.



Другие статьи