… мысли вслух… о памяти, о вере и об языке…

18.10.2014 13
… мысли вслух… о памяти, о вере и об  языке…

… мысли вслух… о памяти, о вере и об  языке… Я уже говорил о том, что мой отец (по его желанию, решению, завещанию) похоронен на русском, православном Богородском кладбище в Рязани. На месте специально отведённом для ветеранов Великой Отечественной войны. Недалеко от входа и от дороги. ФСБ (так как пограничные войска входили раньше в КГБ, а теперь соответственно входят в ФСБ) выделила хорошие деньги для похорон и я смог поставить достойный памятник на его могиле! Вечная память и Земля пухом, и Царствие Небесное.

Но меня подспудно мучило одно: надо было хотя бы озвучить мысль о мусульманском погребении… Отец в последние дни и часы был страшно слаб, почти не мог говорить, но когда я заговорил о погребении ответил: сын мой, похорони меня на русском кладбище, оставь рядом место для мамы (прости меня Господи, что о живой так говорю, все там будем!) только не ставь крест на могиле. Я так и поступил…

Перед самой смертью я приобрел отцу Коран: в красивой бархатной обложке, зеленого цвета, на двух языках (арабском и русском), с золотым обрезом и застёжкой, всё как положено. Но отец был так слаб, что читать не мог, мою первую изданную книгу он только открывал и, посмотрев на страницу, а потом на меня… закрывал и, в глазах его было: сынок я не могу, потом прочту! Не прочел… так же и Коран, он открывал Его, гладил и, закрыв глаза… шевелил губами. Всю жизнь он был офицером КГБ (ФСБ). Вопрос вероисповедания в советское время, а тем более у членов партии и работников КГБ стоял очень жестко… ни ни… как говорится! И вот вышло так, что и после смерти мой отец ради матушки моей пошел на русское кладбище…

Эта мысль, мысль о том, что я чего то не так сделал, привела меня в рязанскую мечеть. Имам хатиб мечети мулло Нурулло развеял мои сомнения, успокоил мое сердце… Он попросил, чтобы я принёс Коран отца в мечеть и теперь каждую пятницу, после молитвы если есть возможность, мулло читает поминание моему отцу. Вернее так, сидя на полу, на курпачо, мулло читает Фатиху, Корову или другие суры из Корана, а я и часто другие мусульмане… слушаем… и поминаем всех кто ушел, кто нам дорог!..

Сегодня, в эту пятницу, я поставил свою машину на СТО, надо всё привести в порядок, скоро зима, надо поменять шины, масло… ну и там всякие майда чуйда… Стоит прекрасная осень, а тут дождь, я привыкший к машине… один, на остановке, ещё туфли одел (прости Господи) тонкие, ноги мокрые, льёт дождь, еще при сдаче машины возникли всякие задержки. А мне накануне позвонил Умар, он карачаевец, держит под Рязанью животноводческую ферму. Недавно мы привозили к нему телепрограмму МИР, так вот администрация решила забрать эту ферму. Звонит мне и просит: помоги ака!

Ну стою, мокну на остановке, а он в мечети меня ждет. Добрался я до мечети, вошел в открытые двери, в прихожей ботинок целая куча, захожу в коридор и слышу чистую русскую речь, голос мулло Нурулло на чистейшем русском языке… читает и разъясняет хадисы из святой Сунны! Глянул на часы, время намаза и тут слышу, как мулло говорит: в день и время пятничного намаза иблис и все его шайтаны будут чинить Вам всякие препятствия, уговаривать… не ходи на молитву, сделай лучше неотложные дела и именно в этот день, и час придумает много неотложных дел. Но мусульманин, верующий, должен все оставить и совершить намаз в святую пятницу, желательно в мечети, или на крайний случай в любом месте, но не откладывая и, в положенное время…

И я подумал: я хоть и не мусульманин, но шайтан и мне придумал дела в пятницу, но я все же успел к намазу даже не торонился и не знал что надо успеть и…пришёл вовремя! И значит Аллах меня считает своим возможно за то, что я пытаюсь будучи крещёным сыном своего мусульманина – отца не забывать, кем и для чего я рождён на этот свет!

Я вошел, сел на пол, как и положено и прослушал азан и весь пятничный намаз. В молельном зале и таджики, и узбеки, и дагестанцы, и карачаевцы, и азербайджанцы, и татары, и казахи, и кыргызы, и даже русские, и даже я. Потому то мулло и читает проповеди на русском, понятном всем присутствующим. Провозглашая молитву и перечисляя всех кто поминается в этой молитве, мулло Нурулло обязательно говорит в конце, по русски, при перечислении имен поминаемых: и тем нашим братьям, которые похоронены в семистах метрах от нашей мечети (а там находится кладбище Скорбящих, на котором покоятся погибшие в Великой Войне, мы на 9 мая в этом году ходили туда с мулло и читали молитву у каждой могилы с мусульманской фамилией и все русские мужики и бабушки, которые в это время там были, ходили с нами и молились вместе с нами) и Амиршо ибн Ахмаду (моему отцу)… отцу нашего брата акаи Алексея!… Хотелось бы и в православной церкви услышать: и всем мусульманам, погибшим за Россию – матушку! Аминь! Омин!

… ушёл, отец…

… ушел отец, а вроде, ничего не изменилось…
как будто вышел он, за дверь,… не на годА…
но в сердце боль уже, навеки, поселилась,
от осознанья,… что ушел он… навсегда!
не вышел он за дверь, ушел… нАвеки,
какой был человек!… все говорят,
а у меня всё не прольются слезы,
два года уж прошло…
как натекли… в глаза,

так и стоят…

Ассалому алайкум, Рахматулло! Мир Вашему дому!

сын своего отца



Другие статьи