На фоне обострения ситуации в Персидском заливе и взаимных обвинений из Вашингтона и Тегерана неожиданно прозвучали сигналы о готовности к диалогу. Однако стороны демонстрируют диаметрально разные подходы к тому, какими должны быть будущие переговоры
Президент США Дональд Трамп, комментируя ситуацию, сделал ставку на тактику «кнута и пряника». В интервью Fox News он подтвердил расчеты на переговоры с Ираном, но сопроводил это откровенным силовым намеком, подчеркнув, что не делится планами с региональными союзниками.
«Мы посмотрим, сможем ли мы что-то сделать, в противном случае мы увидим, что произойдет. У нас есть большой флот, направляющийся туда (к Ирану.— “Ъ”), он больше, чем был и, собственно, все еще есть в Венесуэле», — заявил Трамп в беседе с журналисткой Джеки Хайнрик, сообщает издание “Ъ”.
Параллельно с этим в Тегеране проводится своя работа. Секретарь Высшего совета национальной безопасности Ирана Али Лариджани сообщил о подготовке к переговорам с США, намекнув, что процесс идет вопреки публичной конфронтации.
«Вопреки искусственно созданной атмосфере медийной войны, формирование структуры для переговоров продвигается», — написал Лариджани в соцсети X.
Эта риторика перекликается с более ранним и важным условием, озвученным иранским МИД 30 января: Тегеран готов возобновить диалог, но только если он будет «честным и равноправным». Это прямой ответ на ультимативную позицию Трампа, который ранее заявлял, что у Ирана «не должно быть даже мирной ядерной программы» — подход, который власти Исламской Республики называли неприемлемым.
Таким образом, фоном для возможных новых контактов остаются тупиковые переговоры по ядерной программе 2025 года и наращивание американского военного присутствия в регионе. Стороны лишь обозначили начальные позиции: Вашингтон — с акцентом на силу, Тегеран — на принцип равноправия. Смогут ли эти две линии когда-либо пересечься — главный вопрос, от ответа на который зависит безопасность всего Ближнего Востока.
Подготовил Виктор Уралов
Другие Статьи
