Eurasia.FM сообщала своим читателям о том, что в издательстве «Лань», являющемся одним из ведущих в России, вышло в свет новое учебное пособие для высших учебных заведений «Современная западная философия», подготовленное доктором философских наук, профессором Ибрагимом Меликовым и кандидатом философских наук, доцентом Ростиславом Васюковым, и которое обещает стать не просто учебником, а систематизированным путеводителем по интеллектуальному ландшафту западной философии.
Доктор философских наук, профессор Ибрагим Меликов в эксклюзивном интервью Eurasia.FM раскрывает секреты работы над пособием. Он объясняет, почему именно современная западная философия стала столь острым критиком западного мира, подчеркивает важность распространения знаний и делится своим подходом к пониманию нашей эпохи.
– Ибрагим Мустафаевич, наверное, главный вопрос должен быть связан, как говорят ученые, с предметным полем пособия, с общей темой. Скажите, почему современная западная философия? Насколько это актуально, учитывая обстановку в мире, противостояние России и Запада? И насколько эта область близка к Вам? Ведь, судя по Вашим предыдущим книгам, Вам по духу ближе русская философия.
– Да, русская философия, безусловно близка. И не столько потому, что она русская, а сколько потому что это философия, я имею в виду, что настоящая философия. Русская философия действительно соответствует сущности самой философии. Русская философия – не только о России, но и о самой философии. Если же говорить о современной западной философии, то нужно сказать, что она в целом представляет в большей степени критику западных ценностей. Философия строится, как сейчас говорят, на критическом мышлении. Именно критический подход делает философию философией. В классическом варианте эту идею выразил Иммануил Кант, назвав свое учение критической философией. И в силу своего критического подхода современная западная философия критически рассматривает западный мир, его ценности, его науку, его сознание и психологию. Можно сказать, современная западная философия – достойный критик западного мира. Она позволяет достаточно глубоко понять и критически оценить принципы западного мироустройства. Как известно, надо самому испытать, чтобы понять что-либо. Критика западных философов выстрадана. Это взгляд на западное общество не стороны, а изнутри.
– Современная западная философия – это огромный и разнородный массив текстов. Какой главный интеллектуальный вызов стоял перед вами при работе с учебным пособием «Современная западная философия» для студенческой аудитории? Что было самым сложным для Вас?
– Да, Вы правы, это огромный и разнородный массив текстов. Главный интеллектуальный вызов, как Вы говорите, – объять весь этот массив и изложить, насколько возможно, доступно все течения в современной западной философии. Цель одна – помочь тем, кто хочет разобраться. Сложного в этом ничего нет. Правда работа большая. Надо было самим разобраться и изложить это для других. То есть понять и объяснить.
– В аннотации указано, что ваше пособие пытается максимально полно отразить весь спектр западной философской мысли, включая концепции, часто остающиеся без внимания. Какие именно школы или мыслители, на ваш взгляд, наиболее незаслуженно обделены вниманием в традиционных курсах, и удалось ли вам включить их в книгу?
– Такая цель имелась. Пособий в этой области немало. Но они освещают разные направления современной западной философской мысли. В одних пособиях предпочтение отдается одним направлениям, в других – другим. Есть пособия, где философские концепции преподносятся слишком скрупулезно и досконально так, что главная мысль теряется и читателю надо самому реконструировать их. Есть такие, где все излагается сжато и слишком схематично. Мы старались реконструировать все известные концепции и избежать всех подобных крайностей.
– Вы преподаете философию с конца 1980-х годов. Как, на Ваш взгляд, изменились за эти десятилетия студенты, их восприятие западной философии и те вопросы, которые они задают? Нашло ли отражение это изменение в новом пособии?
– В целом, такие же. Но они изменились, как изменилось время, сами люди и их сознание. И восприятие западной философии, на мой взгляд, тоже изменилось. Прежде всего, и это отрадно, это восприятие без оглядки на марксизм, хотя, справедливости ради, марксистские установки сегодня чрезвычайно трудно преодолеть в общественном сознании. И это пособие, мы надеемся, будет способствовать тому, чтобы это происходило более основательно.
– В аннотации используется термин «постклассическая философия». Как Вы его для себя определяете? Где вы проводите ключевую границу между «классикой» и «постклассикой», и насколько, по-Вашему, последняя остается «философией» в традиционном понимании этого слова?
– Мир полон парадоксов, и философия в том числе. Дело в том, что классическая западная философия, мягко говоря, не совсем соответствует сущности философии. Это философия разума, познания и в ней мало мудрости. И наоборот, постклассическая философия отчасти возвращается к философским принципам. Граница между классической и постклассической философией – это немецкая классическая философия, и ключевой фигурой здесь выступает Гегель. Причем в данном вопросе хронология условна. Гегель – это представитель классической философии, а Артур Шопенгауэр, работавший с ним на одной кафедре – представитель уже постклассической.
Чем принципиально отличается постклассическая философия от классической? При всем определенном многообразии классическая западная философия – это философия, где доминирует рационализм, сущностью которого является абсолютизация разума. В ней на первом плане философы, которые видят сущность человека именно в разуме и соответственно все философские проблемы сводятся к проблемам разума. В классической философии линия, идущая от Аристотеля, берет вверх над линией, идущей от Платона. Соответственно в немецкой классической философии Гегель оказывается выше Канта. В постклассической же философии рационализм хотя и не исчезает, но перестает доминировать. А следствием этого стало множество иррационалистических учений, которые делают упор на волю, веру, бессознательное, понимание, условно говоря, сверхсознание, на существование самого человека, не иррациональные принципы современной эпохи. Их большинство, и они преобладают. И современная западная философия – это философия постклассическая.
– Учебное пособие создано в соавторстве с Ростиславом Викторовичем Васюковым. Как строилась ваша совместная работа? Было ли разделение тем по специализациям или это был процесс постоянного диалога и взаимного редактирования?
– В основу данного пособия легли тексты лекций, которые я читал определенное время назад в качестве спецкурса. Но они были слишком сырыми для публикации. Они были доработаны, переработаны, дополнены, кое-что было дописано. Эту колоссальную работу провел Ростислав Викторович. Он провел большую работу по подготовке пособия к печати. И конечно, вся эта работа проходила в плотном диалоге. Словом, Ростислав Викторович выступил в качестве полноценного соавтора.
Исключение составляют первая и девятая главы, посвященные марксизму и психоанализу. В них доминирует мой авторский подход и представлено мое собственное видение этих учений. Как мне представляется, марксизм нуждается не только в изложении, но и критическом осмыслении. К примеру, надо понимать, что марксизм исходит из хилеазма – идеи о возможности рая на земле и коммунизм предполагается как земной рай. Марксисты и не только они свято верят в это. Без этой философской предпосылки целостную философию марксизма нельзя реконструировать.
Глава же, посвященная психоанализу написана на основе прослушанных мной лекций Бориса Григорьевича Кравцова – единственного в Советском Союзе практикующего психоаналитика. Чтобы было понятно о ком идет речь, можно отметить, что все нынешние практикующие российские психоаналитики – либо его ученики, либо же – ученики его учеников.
– Сегодня огромное количество информации, включая первичные философские тексты и лекции, доступно онлайн. В чем, на Ваш взгляд, уникальная и незаменимая роль именно систематизированного учебного пособия, такого как ваше, в современном образовательном процессе?
– Если мы говорим об уникальной и незаменимой роли в чем бы то ни было, то это может быть связано только с личностным началом. Мне представляется, эта роль сводится к авторству, к авторскому подходу. Мы все и всегда, даже самый обычный факт, преподносим в определенном ракурсе. Тем более это значимо для философии. Нельзя философию преподносить беспристрастно, как говорят, объективно, ибо это элементарно невозможно. Что касается пособия, то важна та концепция, в которой оно подается. Короля делает свита, а пособие – авторы.
– Достаточно ли качественного пособия, чтобы разобраться в философских учениях?
– Для подготовленного человека – да. Для других необходим контакт с автором. Точно так же как для того, чтобы выучить иностранный язык надо общаться с носителем языка. Есть много невербального во всем, а в философии – тем более. Оно пере дается лишь через личное взаимодействие. Этот сокровенный принцип лежит в основе любого образовательного процесса.
– Почему Вы пишете и издаете книги, пособия? Ведь книги издаются для других? Не важнее ли самому постигать смыслы и получать от этого удовольствие? Какой принцип важнее; для себя или для других?
– Почему надо делить? Почему или одно, или другое. Это и для себя, и для других. Другим может быть интересно только то, что интересно самому. Книга, как говорят, пишется для самореализации. Но в ней заложена великая идея «давать». Мы живем в то время, когда людям навязывают идею «брать». Однако, когда человек дает, он испытывает большее удовольствие, чем, когда берет. Это удваивает удовольствие, поскольку оно и для себя, и для других. И если сам разобрался и понял что-то, то нужно это донести до других. Хотя бы, чтобы получить максимальное удовольствие от этого.
– Исходя из проделанной Вами работы по осмыслению современного состояния западной философии, какие тенденции или новые направления вы считаете наиболее значимыми и интересными?
– Значимы и интересны все направления, ибо в каждом раскрывается какая-то своя сторона человеческого бытия. Но тем не менее, я бы отметил постмодернизм. Почему? Мы живем в эпоху постмодерна. Это совсем другой мир. Мы многого не понимаем в наше время, потому что не понимаем свое время и его специфику. Многое, что происходи сейчас в общественной жизни, культуре, политике, экономике связано именно с эпохой постмодерна. Постмодернизм — это и есть учение о нашей эпохе.
Беседовал Вагиф Адыгезалов
Другие Статьи
