Один день Ивана Денисовича, или Как я побывал в шкуре госслужащего города Н.

21.09.2014 11
Один день Ивана Денисовича, или Как я побывал в шкуре госслужащего города Н.

Один день Ивана Денисовича, или Как я побывал в шкуре госслужащего города Н. Я не зря в заголовке употребил имя героя известной повести, лагерного заключённого. Госслужащий в нашем городе — по сути то же самое. Не верите? Тогда читайте и наслаждайтесь хотя бы тем, что вас чаша сия миновала.

А началось всё с того, что мой начальник, руководитель образовательного учреждения и по совместительству депутат городской Думы, в последние полгода моей работы проел мне всю плешь по поводу того, какой я талантливый работник и как бы пригодились мои таланты и моя гиперактивность, как он выразился, на госслужбе в городской администрации. Даже посоветовал, куда конкретно идти — в инспекцию по делам несовершеннолетних. Что я и сделал по окончании срока трудового договора.

В инспекции меня достаточно приветливо встретила дама в должности и.о. начальника и рассказала о сути моей работы в качестве главного специалиста. «Рабочий день у нас ненормированный» — это была её первая фраза. «То есть я когда хочу, приду и когда захочу — уйду?» — наивно поинтересовался я. «Нет. Это Вы приходите в 9 утра, а уйти можете и в 8 вечера, и в 10, и в 2 часа ночи, если будете в составе ночного рейда». Затем она дала мне увесистый прозрачный файл, до отказа набитый бумагами. «Это отчёт штаба за сутки». Как оказалось впоследствии, этими отчётами до отвала набиты все шкафы, а на каждом столе ещё штук по десять увесистых папок с ними. «Вы сами будете составлять и распечатывать все эти отчёты. Офисными программами Вы должны владеть в совершенстве! Сейчас Вам необходимо ознакомиться с должностной инструкцией и с нормативной базой. Полмесяца будете стажироваться, затем, если пройдёте квалификационную комиссию, будете приняты на работу. Зарплата у нас высокая — 27 тысяч в месяц. Завтра пойдёте в отдел кадров».

Кому-то это покажется дико и смешно, но на фоне нищенских 8 тысяч в моём образовательном учреждении (это с надбавкой в 69% к основной зарплате в 5.500 и с вычетом 13%!) — действительно выглядело неплохо. Я не знал только, готов ли я всю свою жизнь угробить ради работы, даже будучи несемейным. Успокаивал себя тем, что другие люди как-то работают и не померли.

Пришёл на следующий день. Сидит пожилая дама и две молоденькие девчонки, проработавшие не больше месяца — полутора. Девушки были сильно удивлены моему появлению, посоветовав бежать куда глаза глядят, и чем скорее, тем лучше. Начальница подошла минут через 20 после начала рабочего дня. И тут же истошным воплем начала орать на девушек за то, что днём раньше они слишком рано ушли домой — в 7 вечера и не составили нужные отчёты. «Целыми днями чаи гоняете и ни хрена не делаете!» На робкую попытку одной из них возразить она стала орать так, что впору было затыкать уши. Девушка заплакала и выбежала из комнаты. Оставшаяся спросила: «Вы ещё не передумали? Бегите отсюда пока не поздно!»

Я подумал — ну мало ли, плохое настроение у человека. Не всегда же так бывает. Со мной начальница продолжала быть подчёркнуто вежливой и корректной. Дала мне флешку с нормативной базой, чтобы я сидел и изучал её на рабочем компьютере. Через пару часов той самой девушке, на которую накричала начальница, стало плохо, и её увезли на скорой. С непривычки от свалившегося на меня потока событий и информации у меня разболелась голова, подошло время перерыва. «Вы можете сходить в близлежащую столовую на колхозном рынке, а можете купить там пару пирожков и есть их здесь» Ни то, ни другое из предложенного меня как минимум не впечатлило. У администрации города на 300 тысяч жителей даже нет своей столовой. Пирожков мне было бы явно недостаточно, и я выбрал первый вариант — пошёл в рыночную тошниловку с местными бомжами — очень уж хотелось есть.

После скромного обеда за 200 рублей (это уже минус 5 тысяч в месяц с будущей зарплаты) пошёл в отдел кадров, дабы получить все необходимые документы для прохождения квалификационной комиссии. В числе прочего я должен был указать места погребения всех умерших родственников и расчётные счета всех своих банковских карт, даже если на счёте всего одна копейка. Отныне мне запрещалось заниматься любой коммерческой деятельностью и быть индивидуальным предпринимателем. То есть, о репетиторстве и сдаче в найм жилья я должен был забыть навсегда. О получении прибыли с акций и облигаций тем более. Лагерная пайка в двадцать семь тысяч — и скажи спасибо, что ты госслужащий! Но больше всего меня порадовала перспектива помимо экзамена на знание законодательной и нормативной базы сдача экзамена на знание русского языка. Это в городе, где та же самая администрация указывает в своих нормативных документах и развешивает на домах таблички «ул. Сухумское шоссе», и «ул. проспект Ленина», а над шоссе перед поворотом на Кирилловку вешает указатель «Кириловка». Должностные лица администрации, не понимающие разницы между улицей, проспектом и шоссе и не знающие, что, в отличие от украинского, в русском языке слово «Кирилловка» пишется с двумя «л», собирались устроить мне квалификационный экзамен на знание русского языка! Ну я уже молчу об объявлениях в публичных местах типа «Согласно решения главы города» и «Согласно постановления администрации». Может, уже пора вспомнить сталинские времена и штрафовать за публичное нарушение норм русского языка? Нет, у нас не Крым и не город Севастополь, где подобные погрешности были бы простительны. Это город Н., в самой что ни на есть России.

Но самое забавное случилось потом. Начальница попросила прийти на следующий день в рабочей одежде, т.к. мы должны были поехать в посёлок в 20 км от центра города, чтобы красить заборы и убирать уличный мусор. «Мы это делаем регулярно» — пояснила мне начальница. Не пояснила, правда, на каком основании. «Вы ещё не передумали?!» — уже более настойчиво спросила меня уцелевшая девушка. «Здесь у Вас не будет ни выходных, ни праздников, т.к. мы все ходим на городские мероприятия. Если будете в составе ночного рейда, то в 2 часа ночи сами будете за свои деньги добираться на такси домой, а в 9 утра будете обязаны как штык быть на работе! А ещё нас заставляют выкупать по 4-5 билетов на все концерты стоимостью от 500 рублей, и если не распространишь среди знакомых — сходишь за пятерых и ещё будешь охранять общественный порядок!» Исключение почему-то, как оказалось, составляет футбол. Футбол можно смотреть и охранять бесплатно. На этом фоне информация о периодической сдаче денег в размере от 500 рублей на дни рождения всем начальникам администрации начиная с мэра города и заканчивая низовыми звеньями уже не выглядела шокирующе.

Но я был упрям и непоколебим — не уйду! Девушка посмотрела на меня так, как будто собирается покрутить у виска. На мой ответный аналогичный вопрос ей, почему она до сих пор не сбежала, она сослалась на карьеристские соображения и на предстоящий в скором времени декретный отпуск, который и оплачиваться будет лучше, чем на обычной работе.

На следующий день кто в рабочей, кто в повседневной одежде мы едем в посёлок с девушкой — главным специалистом и водителем администрации, колоритным армянином, то и дело забавлявшим нас своими байками и анекдотами. По приезде в поселковую администрацию там никого не оказалось, хотя уже был разгар рабочего дня. Через некоторое время неторопливым шагом вошли две полные дамы с видом хозяек положения и вручили приехавшей со мной девушке пачку административных протоколов, которые мы должны были составлять на жителей посёлка, у кого на территории, прилегающей к частным владениям, были стройматериалы или не дай бог мусор. Попив кофе для храбрости, мы отправились в путь, свернув на первую же улицу с жилыми домами. Сама по себе перспектива ругаться с жильцами меня как минимум не радовала. Большинство хозяев-нарушителей нам попросту не открывали двери, а некоторые демонстративно ходили взад-вперёд по своему участку и делали вид, что они нас не видят и не слышат.

Но как только наш колоритный водитель осмелился собрать лежавшую под росшим на улице деревом горсть орехов, из двора напротив пулей выбежала соседка и стала на нас орать, что не мы, дескать, дерево садили, не мы его растили и не хрена нам тут воровать чужие орехи. Я попытался было ей возразить, что дерево растёт на улице, а не на участке, но та стала орать ещё больше. Успокоилась лишь с выходом самого хозяина, услышавшего крики. Теперь стало понятно, каким способом вызволять хозяев: начать что-нибудь собирать рядом с участками. Не то чтобы я испытал шок. Я просто подумал — а чего мы, собственно, ругаем правительство и олигархов, если живут у нас такие граждане? Какой народ, такое и правительство. Даже мне порой кажется, что правительство намного лучше. Во всяком случае, некоторой части наших людей.

С горем пополам за почти 2 часа составили аж целых 3 протокола, хотя нарушений было не меньше 15 — просто не выходили хозяева. Слава богу, не пришлось убирать мусор и красить заборы. Через некоторое время мы отправились в путь и уже через час докладывали начальнице о проделанной работе. «Я вам что сказала!» — налетела она на девушку. — «Я сказала минимум семь протоколов! Почему только три?!» — «Они не открывали! Вот список адресов» — робко попыталась возразить девушка — главный специалист. Но начальница не унималась, — «А мы почему позавчера составили 10 протоколов??? Мне почему открывали?!» — «Вам открывали, а теперь испугались и не открывают!» — «Ничего не знаю! После обеда сами поедете туда на маршрутке и составите ещё 10 протоколов!!! Понятно?!!» — заорала она.

Ну тут уже я не выдержал. Ехать за свой счёт на маршрутке в посёлок за 20 километров и обратно — это уже слишком. Мне уже далеко не 15 лет, и не для того я заканчивал университет в Москве, чтобы со мной обращались как с рабом. «Извините, но в таком формате и в таком режиме я работать не смогу» — сказал я. «Ну и ищите себе другую работу! А мы тут все работаем в таком режиме!» — таковы были последние слова моей несостоявшейся начальницы.

Вопросов осталось больше, чем ответов. За все три дня знакомства с новой работой я так и не понял, какое она имеет отношение к делам несовершеннолетних и почему я должен красить заборы, убирать мусор, составлять административные протоколы на хозяев домов, ходить за свой счёт на массовые городские мероприятия и сдавать деньги на дни рождения начальников. Главное — отчёты перед главой города и лизоблюдство перед начальниками, а там — хоть трава не расти!

Моя родственница, жительница Москвы, недавно вернулась с отдыха в Турции. Там она разговорилась с местными жителями, которые были крайне удивлены, что она, будучи врачом высшей категории с 25-летним стажем, получает всего-то навсего около 1000 долларов в месяц. «На кого вы работаете? Куда уходят все ваши деньги? Почему вы позволяете себя так унижать? У нас бы вы получали минимум три с половиной тысмячи долларов!» Интересно, а как бы они прокомментировали мой рассказ о работе госслужащего городской администрации и о зарплате в 250 долларов в образовательном учреждении?

Это турки выразили своё крайнее удивление . Граждане далеко не самой богатой полезными ископаемыми и не самой передовой в экономическом отношении страны. А может, дело здесь не в полезных ископаемых и не в экономической развитости или отсталости? Может, дело всего лишь в том, насколько мы позволяем себя унизить?..



Другие статьи