Эффективная поддержка отраслей возможна только с учетом их производственно-технологической специфики

17.04.2020 2255
Эффективная поддержка отраслей возможна только с учетом их производственно-технологической специфики

Ситуация, сложившаяся в легкой и текстильной промышленности страны в связи с пандемией, требует срочных, притом комплексных государственных решений по поддержке отрасли. Тем более что она остаётся среди градообразующих не менее чем в трети субъектов Федерации. А это, разумеется, несёт в себе весьма важную социальную составляющую в рамках всей российской экономики.

Достаточно сказать, что в текстильной и легкой промышленности на начало текущего года насчитывалось свыше 18 тыс. предприятий, причем с преобладанием малого и среднего бизнеса, оказавшегося наиболее уязвимым в сложившейся ситуации. Еще один немаловажный социальный аспект: не менее 80% занятых в отрасли — это женщины. И еще: «основной» возраст занятых в отрасли — 50 и более лет. Уже только эти факторы показывают экономическую и социальную роль отрасли в общеэкономической системе страны. Соответственно, в мерах государственной поддержки текстильной и легкой промышленности не могут не учитываться эти факторы.

Что же касается конкретных мер поддержки, они определяются, в основном, тем, включена ли какая-либо отрасль в реестр наиболее пострадавших от пандемии. Что касается текстильной и легкой промышленности, СОЮЗЛЕГПРОМ и Торгово-промышленная палата РФ, напомню, обратились на днях с предложением в правительство, чтобы легкая промышленность, вместе с примыкающей к ним индустрией народно-художественных промыслов, были признаны отраслями, оказавшимися в зоне максимального риска из-за COVID-19. Такое решение, если оно будет принято в рамках нового — второго пакета государственных мер по поддержке бизнеса, позволит смягчить очевидные последствия пандемии для отрасли. Имеющей, повторюсь, важную социально-экономическую значимость в масштабе всей России.

На мой взгляд, принятию упомянутого предложения должно поспособствовать и то, что его поддерживают другие авторитетные бизнес-ассоциации страны, включая РСПП, «Опору России», «Деловую Россию».

Можно сказать, обнадёживающий сигнал со стороны правительства, в рамках означенной инициативы, видится, пожалуй, в том, что в перечень приоритетных системообразующих организаций правительственная комиссия по повышению устойчивости российской экономики на днях включила ряд предприятий нашей отрасли. Включение предприятий в такой перечень, напомню, означает, что их финансовое состояние будет на контроле государства и, в случае необходимости, им будет оказываться дополнительная поддержка.

Если точнее, в данном реестре — не меньше 10 предприятий отрасли (например, «БТК» ГРУПП», «Верхневолжский кожевенный завод», «Парижская коммуна», «Шуйские ситцы», «Гекса-Нетканые материалы» — нетканые материалы», «Глория Джинс», «Спортмастер»). Это обусловлено и тем, что они, в большинстве своем, активно наращивают производство разнообразной антиэпидемиологической продукции, всё более востребованной в стране. Но такое направление развивают многие другие предприятия, потому целесообразно, на мой взгляд, расширить данный перечень, как минимум, вдвое.

Но специфика ситуации, сложившейся в текстильной и легкой промышленности к настоящему времени, во многом объясняется спецификой самой этой отрасли. Что требуется учитывать при определении и реализации конкретных мер поддержки, позволяющих смягчить последствия пандемии и обусловленного ею режима хозяйственной деятельности. Именно такой подход обозначен в недавних предложениях СОЮЗЛЕГПРОМа, адресованных правительству.

Так, предприятия нашей отрасли, сориентированные на обычную продукцию, испытывают резкий спад продаж: по оценкам на начало апреля, — минимум вдвое в сравнении с тем же периодом марта с.г. Что обусловлено, в том числе, падением объемов товарооборота в торговой сети. Причем имеются в виду сокращения, весьма значительные, поставок в оптовом сегменте и объемов реализации в рознице. Но усугубляется положение еще и тем, что многие собственники торговых объектов отказываются признавать эти обстоятельства форс-мажором. И, значит, отказываются понижать, хотя бы временно, ставки аренды.

Ситуацию усложняет и продолжающееся удорожание базового сырья для отрасли, в том числе из-за нынешнего курса рубля. А преобладающая часть сырья закупается за рубежом за инвалюту: это, без преувеличения, «ахиллесова пята» для всей отрасли. Как следствие, сырьевые запасы большинства предприятий достаточны для обеспечения производства, максимум, в течение трех месяцев.

Тем временем, предприятиям рекомендовано переводить работников на надомный (удаленный) труд с сохранением заработной платы. Что, естественно, повышает дополнительную нагрузку на бизнес, и без того высокую в сложившихся условиях. Кроме того, специфика многих предприятий такова, что перевод работников на «удалёнку» невозможен.

В контексте упомянутых и других факторов хочу еще раз подчеркнуть, что эффективная поддержка любых отраслей возможна только при учете их производственно-технологической специфики.

В этой связи, среди форм поддержки предприятий отрасли считаю приоритетными, например, возобновление субсидирования процентных ставок по кредитам; введение налоговых каникул по страховым взносам на заработную плату сроком на 3 месяца; отсрочку на тот же срок налоговых платежей. На этот период надо также ввести 50%-ную скидку по ставкам аренды в торговых центрах.

В течение того же срока — а, может, на более длительное время — целесообразны также каникулы для отрасли по платежам за коммунальные услуги.

Требуется также признать остановку производства простоем по причинам (то есть, форс-мажором), не зависящим от работодателя и работника. А зарплату в такой период выплачивать в 2/3 тарифной ставки оклада, причем с отменой страховых взносов по зарплате в течение этого периода.

В части дополнительных мер по облегчению финансовой нагрузки на бизнес, целесообразно отодвинуть начало обязательной маркировки продукции легпрома не раньше, чем на 1 января 2022 года.

Очевидно, что ситуация с пандемией впрямую касается стратегической безопасности государства, всего населения страны. Поэтому, что касается перечня товаров для стратегического государственного резерва, его требуется расширить в связи с возрастающей востребованностью изделий текстильной и легкой промышленности для борьбы с COVID-19. Точнее, нужно включить в этот перечень пряжу хлопчатобумажную (Nm 34, 50, 54), хлопчатобумажную марлю. А также полиэфирные волокна и нити, нетканые материалы, используемые в производстве медицинских масок, респираторов, защитной одежды и т.п. изделий.

Безусловно, в столь сложный период как никогда важно сохранить профессиональные кадры отрасли. Тем более что они — уже который год — без устали работают, что называется, не благодаря, а вопреки всевозможным проблемам, невзгодам, их последствиям.

Но, как ни парадоксально так говорить сегодня — нет худа без добра. Поясню: легкая промышленность – сегмент с высокой скоростью оборачиваемости средств, сырья, материалов, готовой продукции. Причем эта скорость минимум вдвое выше, в сравнении, скажем, с АПК; да еще и низкая у нашей отрасли зависимость от климатического фактора. Это, на мой взгляд, базовые, притом стабильные преимущества отрасли. Поэтому ее поддержка в нынешний период может иметь важнейшее, если не решающее значение для преодоления экономических и социальных последствий пандемии.

В этой связи, примечательный факт: правительство Малайзии в середине марта заявило о возможности временной приостановки хозяйственной деятельности в стране. Кроме «оборонки» и приоритетных отраслей в рамках борьбы с коронавирусом — в их числе обозначены ряд отраслей легкой, химической промышленности, АПК, производство медицинского и смежного оборудования. Уже состоялся первый раунд такой «остановки»: с 18 марта по 31 марта.

Пример этот, прямо скажем, эксклюзивный…

Андрей РАЗБРОДИН, президент СОЮЗЛЕГПРОМа, член Общественной палаты РФ, специально для EURASIA FM



Другие статьи