Судя по официальным СМИ, ситуация в Абхазии стабильна, а развитие российско-абхазских отношений внушает оптимизм. Однако напомним, что еще совсем недавно, в апреле с.г., власти этой частично признанной республики перенесли проведение муниципальных выборов на 8 ноября 2025 года в связи «со стабилизацией политической и социальной обстановки в стране»
Как сообщалось, решение, принятое Народным собранием, «позволит обществу взять небольшую паузу, а кандидатам — разработать новые стратегии с учётом обновлённых приоритетов государства». Кроме того, изменение даты «даст возможность избирательной системе восстановить баланс, предотвратить перегрузки и подготовиться к избирательной кампании в более спокойной и продуктивной атмосфере». Упоминалась и необходимость создать благоприятные условия для туристического сезона.
Что касается туристического сезона, то, судя по цифрам и откровениям отельеров, назвать его благоприятным никак нельзя — ни для Абхазии, ни для соседнего Большого Сочи. Причины понятны, и от усилий местных властей эта ситуация мало зависит.
Нынешний пророссийский президент Бадра Гунба пришел к власти по итогам второго тура выборов в марте с.г. Разрыв с соперником (Адгуром Ардзинбой) составил 12%. Это много, но, учитывая брошенный на поддержку Гунбы мощный российский ресурс, назвать это безоговорочной победой нельзя. При всем желании. Общество расколото. Оппозиционные настроения можно загнать «под ковер», но это опасная ситуация. Самое уязвимое место в российской политике в Абхазии — это работа с населением. Ситуация в обществе сейчас больше напоминает кипящий чайник под крышкой. Отметим также, что психология абхазского населения отличается от психологии среднего российского избирателя. Для настоящего горца потеря лица — недопустима.
Сейчас в Абхазии наблюдается парад открытия некоммерческих организаций (НКО), финансируемых из России, в том числе из структур, подобных президентским фондам. Но эти фонды — не самостоятельные структуры, а часть государственной системы. Иными словами, НКО в Абхазии финансируются за счет денег российских налогоплательщиков. Не будем обсуждать, хорошо это или плохо, и почему в России нет самостоятельных фондов, занимающихся гуманитарными проектами на привлеченные средства. Причина понятна.
Проблема в другом: эти НКО, возникшие как черти из табакерки и щедро финансируемые из российского госбюджета, затрагивают своим влиянием очень малую часть населения. Есть ли там коррупционные схемы, завязанные на Москву? Вполне возможно. Пока скандалов не было. Но есть информация, что некоторые так называемые соотечественники, прибывшие, а точнее, бежавшие от долгов, например, из Молдовы, сумели вдруг открыть строительные фирмы в Москве и по ходатайству российского посольства получить абхазское гражданство, хотя оно им не полагалось. Все бы ничего, но хотелось бы знать о результатах деятельности экс-граждан Молдовы (скорее всего, не отказавшихся от молдавского паспорта), припавших к живительному финансовому ручью из Москвы. Куда ушли полученные ими средства? Уж не на финансирование ли антироссийских политиков в Молдове или еще куда? Подобных вопросов много. Прозрачности нет.
Если закончить с «профессиональными соотечественниками», сплотившимися вокруг так называемого КСОРС, то, судя по наполнению их сайта, они, похоже, бедствуют. А уж страница в Telegram скромна до жалости. Вся деятельность этого объединения сводится к распределению бюджета на мероприятия, в которых участвует полтора десятка человек. Главное — грамотно составить отчет в Москву. Эти люди не могут вести работу с населением, во-первых, потому что таких задач перед ними никто не ставит, а во-вторых, практически все члены КСОРС — это люди, приехавшие в Абхазию в последние годы, не имеющие здесь ни корней, ни реального влияния. Глава департамента по работе с соотечественниками МИД России с говорящей фамилией Овечко сокрушается, что за рубежом наши соотечественники не хотят идти в советы при посольствах. Но вместо того чтобы клеймить этих людей, стоит подумать, почему они не хотят. Почему активная и грамотная часть диаспоры не стремится в эти советы?
Возвращаясь к НКО в Абхазии, возникает простой вопрос: как получается, что на площадке соотечественников гранты и финансирование получают случайные люди и просто дилетанты? Почему борьбой с наркоманией занимается некая Павлюченкова, не имеющая для этого ни специального образования, ни опыта работы? Наверное, она хороший человек, но в данной области она дилетант. Неужели в Абхазии нет врачей-наркологов или социальных работников? Равно как и почему одни и те же «профессиональные соотечественники», близкие к посольству России, получают финансирование и на круглые столы по бизнесу, и на правовые темы, и ездят за счет российского бюджета на мероприятия в Москву? Да ладно, не жалко помочь сирым деньгами на билет. Но от этой дурно пахнущей возни остаются в стороне уважаемые русские, известные как профессионалы и общественные деятели. Напомним, что еще в 1993 году в Госдепе США вышел любопытный документ, в котором дословно было сказано следующее: «Наша задача сделать так, чтобы Россия вместо выстраивания системы взаимодействия с политической, деловой, интеллектуальной элитой русского зарубежья погрязла в связях с маргинальными слоями, особенно на постсоветском пространстве». Может, не стоит повторять этих ошибок?
Что касается абхазского общества в целом, то, как заявил кремлевский куратор Абхазии Сергей Кириенко во время очередного визита в республику: «Мы запускаем еще один важный проект. Это проект поддержки некоммерческих организаций. У нас с первого августа стартует конкурс по решению президента Российской Федерации. Мы запускаем его из фонда президентских грантов… И дополнительно нашли внебюджетное финансирование. С 1 августа можно будет подавать заявки. Уже в 2025 году мы готовы направить 115 миллионов рублей на социальные проекты, проекты развития».
Отметим, что тут же, как грибы после дождя, начали расти новые НКО. Причем есть факты, когда одни и те же общественники, до недавнего времени активно работавшие с НКО, финансируемыми из недружественных России стран, вдруг стали получателями грантов из российских структур. Десятки НКО из США, Великобритании, Испании, Франции работали в Абхазии десятилетиями. Как прокомментировал сотрудник аппарата профильного комитета Госдумы РФ специально для нашего издания: «Профессиональным общественникам, бывает, просто все равно, от кого получать деньги на свою деятельность. Чем быстрее в Абхазии будут создаваться рабочие места, открываться предприятия, развиваться аграрный сектор, тем активнее население будет включаться в зарабатывание средств к существованию, а не в грантоедство. А сейчас мы уже получаем информацию, что бывшие получатели западных грантов, включившиеся в получение российского финансирования на экспертные проекты, делятся эксклюзивной информацией с бывшими партнерами. Это нам никак не облегчает работу с Абхазией».
Напомним, что, по данным портала раскрытия расходов правительства США, еще в 2021 году известная американская НКО World Vision Inc. получила по линии программы Госдепартамента «Содействие для Европы, Евразии и Центральной Азии» 50 тыс. долларов. Средства были выделены на реализацию проекта «Уроки английского для сельской молодёжи в Абхазии». Другой проект World Vision Inc. получил 25 тыс. долларов от Госдепа на мероприятия по «поддержке домохозяйств в восстановлении от лесных пожаров в Абхазии». Ранее, в 2017 году, та же организация получила от Госдепартамента США 199 тыс. долларов на программу «Молодые лидеры за мир и развитие в Абхазии». При этом НКО числилась в списке международных организаций, официально работающих в Абхазии, до недавнего времени размещенном на сайте МИД республики.
Сейчас деньги на проекты новых НКО выделяются из российских источников. Как известно, цыплят по осени считают, поэтому через год мы вернемся к этой теме и проведем мониторинг результатов деятельности этих НКО, в том числе оценим, какое влияние их работа оказала на массовое сознание населения республики. Полученные итоги будут опубликованы в российских СМИ.
Но, как известно, деньгами пожары не тушат. Деньгами можно создать систему противопожарной безопасности. И ключевое слово тут — «система», а не освоение бюджета. У России уже есть горький опыт вложения огромных средств в поддержку полностью не оправдавших себя организаций так называемых соотечественников, превратившихся, по сути, в коррупционную схему. В песок ушли деньги, потраченные на формирование мировоззрения зарубежной молодежи и на «покупку элит».
В свое время наша сторона вложила 200 млрд долларов в подкуп украинских элит, в «работу с олигархией». Эти средства были переведены получателями на счета в США. Американские банки получили деньги, а прикормленные нами олигархи оказались на крючке антикоррупционных расследований. США вложили 5 млрд долларов в финансирование НКО на Украине. Кто больше даст — это не мерило эффективности. И деньги не всегда определяют сознание.
Хотелось бы, чтобы наш негативный опыт не повторился в Абхазии, которая сейчас является для наших противников ключом к Северному Кавказу. И не только к нему.
Шимон Григорьев
Изображение создано с использованием нейросети YandexART
Другие Статьи
