Более чем полувековая эпоха юридически закрепленных ограничений на самые разрушительные арсеналы планеты завершилась. 5 февраля истек срок действия последнего соглашения в сфере стратегической стабильности между Москвой и Вашингтоном — Договора о сокращении стратегических наступательных вооружений (ДСНВ или СНВ-3). Впервые за десятилетия две крупнейшие ядерные державы мира, на которые приходится около 90% мирового арсенала, оказались в правовом вакууме, где отсутствуют любые обязательные лимиты на количество развернутых носителей и боеголовок
Договор, вступивший в силу в 2011 году, являлся краеугольным камнем системы контроля над вооружениями. Он устанавливал четкие «потолки»: не более 700 развернутых межконтинентальных баллистических ракет, баллистических ракет подводных лодок и тяжелых бомбардировщиков; 1550 развернутых боезарядов и 800 единиц для развернутых и неразвернутых пусковых установок. Важнейшим элементом была система взаимных инспекций и уведомлений, обеспечивавшая прозрачность и предсказуемость.
Один из его подписантов, нынешний заместитель председателя Совета безопасности России Дмитрий Медведев, так оценивает ситуацию: договор был «элементом доверия», позволявшим вести взаимный подсчет и контролировать ситуацию. Истечение действия последнего российско-американского договора в сфере стратегической стабильности, по оценке зампреда СБ, «должно всех насторожить», сообщает ТАСС.
Односторонний демонтаж архитектуры безопасности
Москва неоднократно указывала, что кризис в области контроля над вооружениями спровоцирован последовательными действиями Вашингтона, который на протяжении лет демонтировал ключевые элементы международной безопасности. После выхода США из Договора по ПРО (2002), ДРСМД (2019) и Договора по открытому небу (2020) ДСНВ оставался последней опорой. Однако и его судьба оказалась предрешена.
Россия была вынуждена приостановить свое участие в феврале 2023 года, указав на невозможность продолжать инспекционную деятельность в условиях беспрецедентных западных санкций, а также на игнорирование США вопроса об учете ядерных потенциалов других держав НАТО — Великобритании и Франции. При этом Москва подчеркивала, что решение обратимо. В заявлении МИД России от 21 февраля 2023 года отмечалось, что «решение РФ о приостановлении действия ДСНВ может быть обратимо«, но «для этого США должны проявить политическую волю и отказаться от агрессивного курса на подрыв безопасности» РФ.
В сентябре 2025 года президент России Владимир Путин выдвинул прагматичную инициативу: после истечения срока действия договора сохранить его количественные ограничения еще на год, но только при условии взаимности. «Однако, отметил он, эта мера жизнеспособна только при условии, что Вашингтон будет действовать аналогичным образом«. Официального ответа из Вашингтона на это предложение так и не последовало.
Российская уверенность и американская риторика
Несмотря на признание возросших рисков, в Москве демонстрируют уверенность и отказ от втягивания в затратную гонку вооружений под давлением. «Если какие-то “горячие головы” пребывают в плену иллюзий, что мы дрогнем, что мы поддадимся на провокации, погрузимся в какую-то гонку вооружений, — уверяю вас, этого не будет«, — указал заместитель министра иностранных дел России Сергей Рябков.
Безопасность страны, как подчеркивают, будет обеспечена и в отсутствие договора. «Модернизация российской ядерной триады в исключительно продвинутой стадии. Появились и новые системы, которых не существовало на момент заключения договора… То есть со всех сторон мы гарантированно обеспечены по безопасности», — заявил Рябков.
Со стороны США прозвучала риторическая поддержка диалога. Президент США Дональд Трамп называл идею Путина о сохранении лимитов хорошей, признавая, что вакуум станет «большой проблемой для всего мира». Одновременно он продвигал идею «более удачной» сделки с привлечением Китая, стремясь перевести двусторонний формат в многосторонний. Однако за словами не последовало конкретных шагов или официального ответа на российские предложения.
В Москве такую позицию воспринимают как осознанный выбор Вашингтона. «У них было много времени, чтобы все это осмыслить. Отсутствие ответа — это тоже ответ«, — резюмировал Сергей Рябков, подчеркнув, что предметный диалог по стратегической стабильности невозможен без коренного пересмотра США своего конфронтационного курса в отношении России.
Таким образом, мир вступает в новый, турбулентный стратегический период. Отсутствие договорных рамок повышает риски недопонимания и непреднамеренной эскалации. Мяч, как недвусмысленно дают понять в Москве, полностью на стороне Вашингтона, от политической воли которого теперь зависит, будет ли этот вакуум заполнен новыми соглашениями или продолжится движение в условиях стратегической неопределенности.
Подготовил Виктор Уралов
Другие Статьи
