Несколько лет мы не слышали друг друга — жизнь развела, как это часто бывает. И вот созвонились. Знакомый голос, тёплый и чуть насмешливый: «Спасибо, что помнишь!» Этот наш звонок разбудил десятки воспоминаний, и мое общение с Ильхамом Гусейновичем Ханбудаговым вылилось в откровенное интервью. Горжусь тем, что судьба подарила мне знакомство и дружбу с таким человеком, актером удивительной судьбы и настоящей театральной школы. Много лет мы тесно общались, и для меня он — не просто талантливый актер и режиссер, а человек необычайной душевной щедрости. В этом интервью — живой голос мастера, его театральные исповеди и мудрые советы молодым актерам.
Справка: Ханбудагов Ильхам Гусейн оглы — актёр театра и кино.
Родился 11 декабря 1951 года. Окончил Азербайджанский государственный институт искусств им. М. Алиева (мастерская народного артиста СССР Адиля Искендерова) и Государственный институт театрального искусства (ГИТИС) им. Луначарского (Москва, 1981, факультет режиссуры эстрады, мастерская Иоакима Георгиевича Шароева и Нателлы Хаджимуратовны Бритаевой).
Работал в Азконцерте, Москонцерте, ДК ГУВД Мосгорисполкома, был режиссёром-педагогом в Московском государственном училище циркового и эстрадного искусства им. Румянцева-Карандаша, актёром театра-кабаре «Летучая мышь» Григория Гурвича, педагогом в Московском государственном университете культуры и искусства. С 2008 года — актёр «Ведогонь-Театра» (Зеленоград).
Снимался в фильмах: «Долой коммерцию на любовном фронте, или Услуги по взаимности» (1988), «Катала» (1989), «Свадьба» (2000), «Граница. Таёжный роман» (1999) и многих других.
— Ты начинал свою актерскую деятельность в Баку, с Театра юного зрителя. Но ещё до этого был важный урок от самого Адиля Искендерова — директора киностудии «Азербайджанфильм», легендарного актера и режиссера. Чем он тебе запомнился?
— Несмотря на свою занятость, а Адиль Искендеров был в то время директором киностудии «Азербайджанфильм», он находил время, приходил к нам на занятия. Имея огромный актёрский опыт, он всегда старался нам показать, как надо смело идти на сцену. Дело в том, что в молодости очень тяжело — как-то боязливо выходить, есть неуверенность какая-то. А он умел примером своим эту неуверенность, эту боязливость в нас, в своих учениках, преодолевать. И с тех пор я запомнил: на сцену надо выходить через сопротивление. Как говорится, вперёд и с песней.
— После института ты пришел в Бакинский ТЮЗ имени Горького. Многие молодые актёры считают театр для детей чем-то «несерьёзным». Ты так не думаешь?
— Скажу сразу: театр юного зрителя — это большая жизненная школа для молодого актёра. Особенно с большим удовольствием и особенно многому я научился, играя на сцене волков в «Трёх поросятах», котов и в других сказках. Дело в том, что в образе этих животных чувствуешь себя внутренне свободнее и даже позволяешь себе где-то импровизировать, где-то поиграть. Поэтому всем советую начинать именно с театра юного зрителя.
— Ты связал свою жизнь с Москвой, уехав из Баку. Что тебя подтолкнуло к такому шагу?
— Со временем в республике сложилась такая ситуация, что мы, актеры, в Баку «голодали» без режиссеров… то есть была катастрофическая нехватка. И тогда я подумал: а почему бы самому не попробовать? Стать режиссером. Подготовился и поехал в Москву и поступил в ГИТИС. Мне повезло с преподавателями института — настоящими мастерами. Это люди, которые меняют судьбы Я сразу же попал на экспериментальный курс режиссёров эстрады и массовых представлений, в мастерскую Иоакима Георгиевича Шароева — советского и российского оперного и эстрадного режиссёра, педагога, народного артиста СССР, родоначальника жанра массовых зрелищ в СССР и России. А также — к Нателле Хаджимуратовне Бритаевой, режиссёру Московского драматического театра имени Ермоловой, актрисе, преподавателю ГИТИСа по мастерству актера. Эти люди поверили в меня. И всему, чему я научился, я обязан им. Я просто расцвёл и обрел уверенность в свои способности благодаря их внимательной заботе обо мне.
— Как дальше сложилась твоя судьба после получения диплома?
— Сначала я поехал работать в Азконцерт. Проработал там два года, женился, а моя жена на тот момент жила в Москве. И я переехал к ней. Она тоже была когда-то актрисой, мы познакомились в Баку, в ТЮЗе. В Москве нам в первое время было очень трудно. Устроился в Москонцерт. Понимаете, Москонцерт — это собрание звёзд не только всероссийского, но даже мирового значения. Каждый из них, проверив меня в «бою» — на съёмочной площадке, а затем в фильмах — обязательно находил для меня роль в следующем своём фильме. Так что я всем им благодарен за путевку в актерскую жизнь.
— Расскажи о своей работе и ролях в «Ведогонь-театре». Какая роль в этом театре стала для тебя самой трудной?
— В моей жизни было много важных и счастливых случаев, которые давали мне прекрасный шанс в моей актерской работе. На съёмках фильмов «Раскалённая суббота» и «Свадьба» я познакомился с Фёдором Бавтриковым, актёром театра и кино, который посоветовал мне показаться в профессиональном Зеленоградском «Ведогонь-театре». И мой хороший друг, сосед Евгений Иванович Цыглов, замечательный театральный художник, тоже мне это посоветовал. Ну, с их лёгкой руки я оказался в этом театре. Театр замечательный. Я так рад, что Господь направил мои стопы именно сюда. Актёры труппы — в основном выпускники «Щепки», с замечательным художественным руководителем Павлом Курочкиным, который сумел в небольшом городке создать драматический театр. Это гражданский подвиг! Мы играли замечательные спектакли из мировой и русской классики.
Самая трудная роль — Татарин в пьесе Горького «На дне». Трудна была тем, что по старым записям я видел, как эту роль играет Олег Табаков, и старался быть на него непохожим. Вот в этом и была трудность. А так, в результате все прекрасно сыграли свои роли и получился блестящий спектакль.
— Затем у тебя были роли в театре «Летучая мышь» Григория Гурвича. Уникальный театр, который, увы, закрылся после его смерти. Что это было для тебя?
— Так получилось, что я помог устроиться одной из своих учениц в театр-кабаре «Летучая мышь» под руководством Григория Гурвича. А потом меня и самого пригласили в труппу этого замечательного и уникального театра. Отдельно скажу о художественном руководителе. Григорий Ефимович, Царство ему Небесное, талант от Бога, плюс был невероятно начитанным и прекрасно изнутри знал театр. Он тоже выпускник режиссёрского факультета ГИТИСа, учился в мастерской Марии Осиповны Кнебель, поэтому прекрасно знал режиссуру драмы. С детских лет он занимался КВНом и знал эстраду лучше всех в театре. И он сумел синтезировать жанры — драматический театр и эстраду — и добавлял что-то из цирка. С него, по сути, уверен, скорее всего и пошла мода на мюзиклы в России. Его спектакли надо было видеть! Это было нечто. Они всегда проходили с аншлагами, вся Москва говорила об этом театре. К сожалению, театр был авторский: Григорий писал для театра, а мы играли спектакли. Смерть Григория Гурвича стала тяжелейшим ударом. И когда его не стало, не стало и театра — несмотря на героические попытки его вдовы Любови Шапиро сохранить его не удалось. История «Летучей мыши» после 1999 года — это пример того, как уникальное художественное явление может исчезнуть из-за давления бытовых, юридических и финансовых проблем. Актеры, которых когда-то собрал Гурвич, в том числе и я, вынуждены были уйти.
— Но параллельно с работой в театре, хоть и в эпизодических ролях, ты все же снимался в кино! Какой фильм ты считаешь своей удачей?
— Да, приходилось разрываться на несколько частей. В свободное от театра время бежал на киностудию и снимался в основном в эпизодах. Со временем режиссёры меня стали выделять, «полюбили» и стали вызывать на роли второго плана. Первый мой серьёзный фильм, в котором я снялся, «Долой коммерцию на любовном фронте, или Услуги по взаимности», его снял мой однокурсник по ГИТИСу Михаил Солодухин, мастерская Эльдара Рязанова. Это советская комедия, снятая по мотивам рассказа Михаила Зощенко «Не надо спекулировать». Советую посмотреть всем тем, кто его не видел. Фильм в 1988 году занял первое место как лучшая кинокомедия. А для моего однокурсника это был дипломный фильм.
— В эпизодах ты часто играл представителей восточных народов. Это амплуа тебя не сковывало?
— Действительно, в моем активе немало таких ролей. Я часто играл восточных людей — прежде всего потому, что сам дитя Востока. На такие роли меня, как правило, и приглашали. В своей игре старался показать нюансы жителей Востока: чтобы отличали, когда я играю азербайджанца, татарина, казаха, армянина или грузина. Я знаю представителей этих народов с детства.
Хочу отметить, что на протяжении всего времени, которое я посвятил работе в театре и кино, когда мне удавалось на съёмочной площадке встречаться со своими бывшими однокурсниками или вообще с гитисовцами, а многие из них это невероятно талантливые люди и даже народные артисты России, я всегда от души радовался их успехам и достижениям.
— И напоследок, Ильхам, что бы ты сказали молодым ребятам, которые выходят на сцену или только мечтают об этом?
— Главное — начинать, как я уже говорил, лучше всего с ролей в ТЮЗе. А потом, в любом театре, не стесняться, брать как можно больше ролей, бороться за свои роли обязательно. Чем больше вы сыграете, тем больше приобретёте актёрского мастерства. И добавлю еще по-восточному: на сцене, как в жизни, нельзя быть скупым — ни на жест, ни на эмоцию, ни на душу. Сцена — это как сад, её надо поливать потом.
На Востоке не зря говорят: «Щедрому столу — много гостей, щедрому сердцу — много любви». Будьте щедры в каждой роли, отдавайте себя без остатка — и зритель ответит вам тем же. А если есть страх… страх лечится только одним — выходом на сцену. Чем чаще выходишь, тем меньше боишься. И однажды поймёшь: сцена — это твой друг. Самый верный.
Беседовал Вагиф Адыгезалов
Источник: ВСЕТЕАТРЫ.РФ
Другие Статьи
