Впервые поверила, что мою бабушку помнят и любят

09.10.2019 584
Впервые поверила, что мою бабушку помнят и любят

Утонченная, рафинированная, наделенная неземной красотой, она стала всеобщим кумиром дореволюционного немого кино. Ей подражали, ее обожали, старались быть похожей на нее. Мужчины сходили по ней с ума. Знаменитый поэт и композитор Александр Вертинский посвящал ей свои романсы.

Ее имя – Вера Холодная. Она стала нашей первой экранной дивой, королевой экрана кинематографа России начала 20 века. Прошло ровно сто лет, как навсегда закрылись ее печальные, широко распахнутые глаза женщины с драматической судьбой. Она прожила короткую жизнь, всего 26 лет было отпущено ей судьбой, четыре из которых были отданы кинематографу. И за эти неполных четыре года ею были созданы более пятидесяти фильмов (по некоторым данным, больше), которые навсегда впечатали ее имя в историю русского кинематографа немого кино. К сожалению, сохранилось до сегодняшнего дня лишь пять фильмов: «Миражи», «Молчи, грусть, молчи», «Дети века», «Жизнь за жизнь» и «Последнее танго».

… «Я все время сижу за этим столиком, когда прихожу сюда завтракать и обедать, и не могу налюбоваться этими божественными красотами за окном», – говорит … Вера Холодная-Гилберт, внучка, полная тезка своей знаменитой бабушки.

Мы сидим в кафе санатория «Русь» в Ессентуках и беседуем с Верой Владимировной о прошлом, настоящем и … даже о будущем. Говорит она медленно, тщательно подбирая слова. За окном прекрасный вид изумительного санаторного парка, с его фонтанами, изобилием изумрудной густой зелени вековых деревьев, ухоженными газонами, утопающими в цветах.

Стройная, элегантно одетая, довольно моложавая женщина в свои восемьдесят с небольшим, с тонкими, правильными чертами лица, в которых кожей ощущаешь ее природный аристократизм. Она удивительно похожа на свою легендарную бабушку. Дежавю.

– Вера Владимировна, как вам город Ессентуки? Вы не жалеете, что приехали сюда, на кинофестиваль «Хрустальный ИсточникЪ» на 100-летие памяти вашей бабушки?

Что вы! Здесь такая красота! Такой замечательный, просто потрясающий кинофестиваль! Такие прекрасные условия для проживания, за что огромное спасибо президенту фестиваля Эвклиду Кюрдзидису. И самое главное, я еще раз убедилась, что память о моей бабушке живет еще в сердцах россиян. Они помнят и любят ее. И теперь имя моей бабушки увековечено здесь на аллее звезд среди других звезд экрана.

–Эвклид Кюрдзидис говорил, что вы не сразу согласились приехать сюда, что он вас три дня уговаривал в Стамбуле, куда специально приехал познакомиться с вами и пригласить на фестиваль.

Да, вначале я подумала, что прошло столько лет, ну кто там еще может помнить о моей бабушке? Но я была неправа. Теперь я это понимаю.

– Неужели вы не осознавали, что вы внучка великой женщины, актрисы, звезды?

Когда я стала подрастать, моя мама и тетя Надя, сестра моей бабушки, которая заботилась о нас с мамой, много рассказывали мне о моей бабушке. Какая она была красивая, как ее все любили, что она была звездой в немом кино. И я с этим жила многие годы. Я полюбила мою бабушку по их рассказам, и гордилась ею. Но ведь уже прошло столько времени, я думала, что всё это уже в прошлом, все уже забыли о ней и не вспоминают. И вдруг, два года назад, я поучила приглашение от фонда «Русский мир» приехать в Москву. И я полетела. Это было моё первое посещение российской столицы. Меня очень хорошо там встречали. Известный историк моды, телеведущий Александр Васильев организовал в Доме актера на старом Арбате вечер памяти моей бабушки, Веры Холодной. Там присутствовало много людей искусства. Было сказано много приятных слов в адрес моей бабушки, показывали фильмы с ее участием, вспоминали истории ее жизни. И тогда я впервые поверила, что мою бабушку еще помнят и любят.

– А какое впечатление осталось от Москвы?

Я пробыла в Москве 11 дней. Я была поражена масштабами Москвы, – огромный мегаполис, сколько здесь интересных, интеллектуальных, увлеченных искусством людей. Мы побывали в Большом театре, посетили много музеев, гуляли по старому Арбату, знакомились с разными историческими местами. Словом – незабываемые впечатления! Мы побывали на улице Тверская-Ямская, попытались найти дом, в котором жила семья моей бабушки, где росли в детстве моя мама Нонна и ее сестра Женя. Но, к сожалению, не нашли этот дом. Может быть, когда-нибудь в другой приезд…

– Вы всю жизнь живете в Стамбуле. Расскажите, как вы туда попали?

После смерти моей бабушки Веры Холодной в Одессе, заболевшей гриппом «испанкой», ее сестра Надежда вышла замуж за грека, получила греческое гражданство, оформила опекунство Нонны и Жени – дочерей покойной сестры, и все они уехали в Стамбул (тогда еще – Константинополь). Через некоторое время, после приезда в Стамбул, тетя Надя отправила учиться Нонну (мою будущую маму) и Женю в Болгарию в русскую гимназию. Они жили там в интернате, который был при гимназии.

Моя мама затем окончила балетную студию при Софийском оперном театре и впоследствии выступала на сцене этого театра. Однажды на гастроли в Болгарию приехал Федор Шаляпин и пригласил мою маму на работу в Парижский Гранд-Опера. Мама поехала в Париж, но через некоторое время вернулась оттуда. Ей не понравилась жизнь в Париже. Мама часто приезжала в Турцию к своей тете Наде, и в одну из поездок, она познакомилась там с молодым человеком, за которого вышла замуж. Потом родилась я и еще два моих брата. Меня назвали в честь моей бабушки – Верой. Когда я подросла, пошла в начальную турецкую школу. В Турции такой закон: обязательно нужно проучиться в начальной турецкой школе. Затем я перешла во французскую школу и продолжила обучение, а мои братья учились в немецкой.

– Вы, наверное, знаете несколько языков?

Да, я владею турецким, французским, немецким, английским, русским и немного греческим.

– Да вы – полиглот!

Знаете, мне очень легко давались языки, я как-то без особого труда их выучила.

– Как сложилась дальнейшая судьба вашей мамы и ее сестры Жени?

Я уже говорила, что мама осталась жить в Стамбуле, но через некоторое время родители мои развелись, маме пришлось самой содержать семью. Она давала уроки танца, балета. Пела с нами русские песни, читала русскую классическую литературу, обучала нас русской грамоте. Второй брак мамы состоялся уже через много лет, ее муж был тапёром, он замечательно играл на фортепиано, скрипке, виолончели, владел несколькими языками. Они были счастливы вместе. А тетя Женя, окончив в Болгарии русскую гимназию вернулась в Стамбул, где и жила долгие годы. Вышла замуж. Она хорошо играла на гитаре, замечательно пела и стала регентом церкви Андрея Первозданного, а мама моя там пела на клиросе. Первый брак тети Жени тоже оказался неудачным. К тому времени она тоже развелась и второй раз вышла замуж за русского американца, который приехал в Турцию по работе, и вскоре они переехали в Сан-Франциско. Они пригласили туда и мою маму с ее новым мужем. Мама согласилась поехать, и они остались там жить. Тетя Женя умерла в возрасте 92 лет.

– А ваша мама рано умерла?

Нет, что вы! Мама умерла в Америке, в 2012-м году в 99 лет, не успев дожить до ста всего несколько месяцев. Она завещала похоронить ее в Стамбуле. Я привезла ее прах сюда и похоронила в одной могиле с тетей Надей в русской части греческого кладбища. До последних дней она была в здравом уме, всё понимала.

– Вернемся к вам. У вас не было желания пойти по стопам вашей бабушки – стать актрисой?

Нет, об этом я никогда не задумывалась. Хотя я была артистичной девочкой, читала стихи на школьных вечерах, с малых лет я очень хорошо танцевала, была очень пластичной.  Мне очень нравилось танцевать. Я вставала на пуанты и показывала своим одноклассникам небольшой концерт, который восхищал их.  Будучи школьницей, я начала ходить в хореографическую школу, заниматься балетом. Но через год меня забрали оттуда. Мама сказала, что я слишком высокая для балета, что в балете нужен определенный стандарт, и поэтому я никогда ничего не добьюсь в этой области. Да к тому же, сказала она, балет требует очень больших физических нагрузок, нужно очень много работать и отдавать балету все свое время и силы. В общем, меня забрали из школы и на этом моя «карьера балерины» завершилась. Мама ведь у меня была профессиональной балериной и знала все плюсы и минусы этой профессии. Ну и решила, видимо, оградить меня от этих трудностей. А возможно, она не видела для меня перспектив в этой области.

– Не жалеете об этом?

Да, не так, чтобы очень. Сначала, я конечно немного расстроилась, погоревала. Но потом успокоилась. Решила, что, наверное, так нужно. Я доверяла моей маме.

– И чем вы занялись потом?

Ничем. Мне было семнадцать лет. Окончив гимназию, я очень рано вышла замуж за Джона Гилберта и посвятила жизнь своей семье. Мать моего мужа была гречанкой, отец – британец.

– Муж ваш имел какое-то отношение к искусству?

Нет. Он занимался точными науками, любил математику. Был очень умным человеком. Мне было очень интересно с ним. Я была счастлива с ним в браке. К сожалению, сейчас его уже нет, он умер много лет тому назад. Я осталась вдовой.

– У вас есть дети, внуки? Чем они занимаются и где они проживают?

Да, у меня два сына Роланд и Джони, и пятеро внуков. Старший сын живет в Америке, он – директор крупной кампании. Очень умный парень, пошел весь в отца. Второй сын живет в Австрии, окончил университет. По профессии он экономист.  Одной внучке 27 лет, двум другим по 20 и 22 года, а самым маленьким по 9 лет, они близнецы, мальчик и девочка. Моя старшая внучка могла бы быть хорошей актрисой, у нее для этого все данные, она очень артистична от природы: хорошо танцует, читает стихи, но, окончив университет в Калифорнии, работает в другой сфере.

– Как вы живете в Стамбуле, чем занимаетесь?

У меня хорошая квартира в центре Стамбула. Каждое воскресенье я обязательно хожу в Храм Святого Андрея Первозданного на воскресную службу, где, кстати, меня крестили еще в детстве. Хожу на выставки, концерты. У нас в Стамбуле есть организация «Русское культурное общество», которое организует разные интересные мероприятия, творческие вечера, гастроли. И я поддерживаю с ним тесный контакт.

– Вы верите в Бога?

А как же. Конечно верю! Как не верить! Для меня Бог – это всё. Я не понимаю людей, которые не верят в Бога. Вся моя жизнь прошла с этой верой. Да ведь и имя моё – Вера.

– У вас чудесные и очень успешные дети, внуки. Жизнь сложилась хорошо. Вы – счастливы?

Да, я счастлива. Слава Богу, я здорова. Дети и внуки тоже здоровы, крепко стали на ноги. Что еще нужно?

Беседовала Фаина Зименкова

Фото Евгения Михайленко



Другие статьи